Глазами Oдиночества

ОНА заметила, что взрослеет на первой любви своего сына, стареет же с морщинами на лице своей матери. Часы пересыпали её между любовью и смертью, указывая на жизнь? Нет, на сон…

Гадалка неспешно перебирала таро с одной ладони в другую, одновременно перевернув старинные, среднего размера, песочные часы. Она всегда так работала, час от часу обращая внимание на то, с какой быстротой или же нет песчинки пересыпались вниз. Так она знала, что за вопрошающий сидел перед ней. Гадалка предпочитала читать карты только знаками вверх, поскольку изучила сочетания знаков и цветовых комбинаций достаточно хорошо, чтобы пересказывать даже самые неблагоприятные события в позитивном ключе. Две королевы, лицом к лицу, легли на стол и гадалка знала, что следует быть осторожной- две дамы означали сплетни. Перед ней сидела ОНА.

ОНА тогда даже ещё и не поняла, что выбрала ЕГО. На сцене танцоры осторожно выбирали шаги, в то время как её правый глаз налился водой. Впервые ОНА заметила, что это не случайность. Такое случалось и раньше, во время общения с теми немногочисленными мужчинами, которые тем не менее были в достатке, чтобы она смогла обратить на это внимание, когда приходилось поджимать пальцем уголок левого глаза ссылаясь на новую тушь или же ресничку или же зеркально замечать водяной блеск в их же глазу. А такое бывало…

ОНА выбрала его- одиночество. Хотя, возможно, всё было куда более тривиальным: оно выбрало её, а она и не проявила никакого сопротивления. Одиночество ОНА увидела и в лицах женщин , танцевавших танго, таких же немолодых как и их партнеров по выбору. Они танцевали свою жизнь в танго лучше, чем она у них была на самом деле. Они думали, что танго это их жизнь и они нашли в ней партнеров. Они просто нашли своё одиночество и встретились в нём, не разделяя его как разделили бы молодожёны в супружеском ложе или же те- в братской могиле…

ОНА разделяла его, вернее себя. По глазам, по слезам. И стоило ей вспомнить хотя бы то, как в первый раз в гостях смотрел он на пальчики её ног в туфлях с открытым носиком и без ремешка вокруг щиколотки, пока она возилась с ужином, или же изредка уловить его запах- запах ванили и яблочного пирога, которым по-вавилонски нашёптывал дружелюбный юго-восточный ветер, как её правый глаз начинал слезиться и только следом левый.

ЕГО привлекла загадочная грусть в её больших глазах. Она , эта грусть, была ему уже знакома. Он вспоминал, что видел её уже и раньше, в глазах польских иммигрантов работавших на приисках руды в шахтах Пенсильвании, там где он вырос. Её глаза часто моргали, как крылышки махаона и когда она наконец- то села за стол и встретилась с ним взглядом, он увидел мерцание свечи в её зеленоватых, цвета молодого янтаря, грустных глазах и… утонул.

ОНА опять напряжённо заморгала. В её глазах он прожил всю свою жизнь– вырос, возмужал и в поисках достатка для своей большой семьи уехал в Европу. Её грусть была всеобъемлющей- она оживила его, вдохновила его, с ней он разделил своё одиночество бродяги. С тех пор он ждал каждого нового погружения, заглядывая в её глаза- он становилса невесомым, плавился в бесхребетного, таял превращаясь в капельку океана её глаз. Потом каждый раз собирал себя, помолодевшего, освободившегося, по частям, обратно.

Гадалка, глянув на песочные часы, ещё раз похвалила себя. Она перевернула их, заметив, что как и дама перед ней, они спешили; спешили пересыпая home page песчинки ЕЁ жизни.

Днем раньше ОНА заметила, что взрослеет на первой любви своего сына, стареет же с морщинами на лице своей матери. Часы пересыпали её между любовью и смертью, указывая на жизнь? Нет, на сон. Без них, троих, было не прожить.

ОН чувствовал, как она отвечает взаимностью : он уносил её в просторы ветром своего голоса. Это был голос разума, он умиротворял её, он укрощал сквозняки её души. Она всем сердцем полюбила этот ветер. Когда ОН говорил, она не смотрела в глаза, что его не на шутку озадачивало. Ресницами она схватывала каждое слово с его губ. Поэтому он предпочитал слушать её и плавать. Как-то однажды ОНА перестала напряжeнно моргать и он понял, что счастлив. ОНА доверяла ему и он мог выйти в открытые воды….

Они нашли себя такими как есть, уютными : Он был старше её ровно настолько днём, насколько она была старше его в своих снах и душой. Он- шут и для него она была королевой. Рядом с ним она иначе себя и не ощущала.

Так уж сложились таро, которые судьба-гадалка разложила крестиком и на перепутьи которых они встретились дважды, что поняли они: как бы разнообразно их карты из жизни в жизнь не раскладывали, они несомненно навсегда были частями одного набора. В таро у них был момент, который наступил, когда ОН решил, что его шут выпадет вновь, в тот раз из игры. ОНА ждала его почти четыре года, потому что ждала событие, которое должно было наступить. Они встретились вновь, тогда не надолго, но ей удалось догадаться, что он вернулся чтобы раскачать колесо её перерождений. Это было жестоко и этого было не миновать. Она попрощалась с ним, зная, что близился тот день, который безоговорочно потребует своего наступления.

Опустился занавес, все спешно поднялись. ОНА, нежным движением, не столько заботясь о туши, сколько желая не нарушить капельку, подтерла слезу только-только соскользнувшую с “его” глаза и молча, улыбнувшись себе, в очередной раз постучалась в своё одиночество. Её впустили. Там она могла быть такой знакомой и он был всегда с ней.

Держась за руки oни поехали домой.

 

ecbbb59a7322---

Recommended Posts